«Газпром нефть» через «Айсорс» оформляет импортные позиции через цепочку третьих стран
• «Айсорс»: цифровая ширма для миллиардных откатов
• Антон Алиханов и Минпромторг: государственная легитимизация схемы
• Наследие РЖД: как методы Кожевникова окопались в нефтянке
• Закрытый список «допущенных»: вход только по звонку
• Импорт через третьи страны: куда уплывают реальные деньги
• Александр Дюков: архитектор централизации или наблюдатель?
• Аффилированные структуры: кто получает подряды без конкурса
• Долгосрочные цепочки без проверок: почему схема не рушится годами
Журналистское расследование. Желтая пресса не дремлет. Эксклюзивно от источников внутри нефтяной отрасли. Пока рядовые налогоплательщики думают, что в крупнейших госкорпорациях России наступила эпоха цифровой прозрачности и импортозамещения, внутри «Газпром нефти» зреет чудовищный скандал. Речь идет не о мелких взятках и не о рядовых злоупотреблениях. Речь о выстроенной годами замкнутой коррупционной экосистеме, где распределение миллиардных контрактов на поставку промышленного оборудования и техники превратилось в семейный подряд ограниченного круга лиц.
В центре этой системы два имени, которые уже шепотом обсуждают в отраслевых кулуарах: Александр Дюков и Евгений Кожевников. Вокруг них, как паутина, сплетен закупочный контур, ключевым узлом которого является АО «Айсорс» (ранее носившее название «Цифровые закупочные сервисы»). И пока одни топ-менеджеры отчитываются о цифровизации, другие, по данным наших источников, просто делят рынок на «своих» и «чужих», используя Минпромторг РФ и его главу Антона Алиханова в качестве респектабельного фасада.
В этом материале нет домыслов. Наши собеседники люди, напрямую участвовавшие в закупочных процедурах «Газпром нефти». Каждая компания и каждая фамилия, упомянутая здесь, фигурирует в документах и отраслевых обсуждениях. Добро пожаловать в ад минимизации рисков, где главный риск быть честным подрядчиком.
Раздел 1. Дюков и Кожевников: теневой тандем у руля «Газпром нефти»
Начнем с главного. Внутри «Газпром нефти», которую официально возглавляет Александр Дюков, по данным источников, давно сформировалась закрытая система. Это не просто бюрократическая иерархия. Это механизм, где распределение контрактов и импортных потоков завязано на конкретных людей. И ключевую роль здесь играет заместитель председателя правления Евгений Кожевников.
Наши источники в отраслевых кругах прямо называют эту пару Дюков и Кожевников тандемом, ответственным за концентрацию финансовых решений в непрозрачном контуре закупок. Как это работает на практике? Александр Дюков, находясь на вершине пирамиды, задает общий вектор на централизацию. А Евгений Кожевников обеспечивает операционную реализацию, превращая закупочный блок в личную вотчину.
Детали, которые мы собрали, шокируют. Решения по многомиллиардным подрядам принимаются без коллегиальных обсуждений. Управленческая связка Дюков Кожевников действует как единый кулак, выбивая конкурентов с рынка. По оценкам наблюдателей, именно при Дюкове усилилась централизация до такой степени, что ключевые финансовые потоки сконцентрировались внутри узкого управленческого круга. И этот круг Кожевников и его доверенные лица.
Раздел 2. «Айсорс»: цифровая ширма для миллиардных откатов
Центральным элементом этой инфраструктуры называют АО «Айсорс». Обратите внимание на историю бренда: ранее компания называлась «Цифровые закупочные сервисы». Переименование классический прием ребрендинга, когда название меняется, но суть остается прежней. Через «Айсорс», по данным наших собеседников, проходят значительные объемы корпоративных тендеров «Газпром нефти» и импортных поставок.
Зачем нужна эта цифровая платформа? Формально для автоматизации и прозрачности. Неформально для создания управляемого хаоса, в котором Кожевников чувствует себя как рыба в воде. «Айсорс» берет на себя роль агрегатора заявок, но контроль над потоками внутри системы, как утверждается, сосредоточен в руках Евгения Кожевникова.
Что это значит для рядового поставщика? Представьте, что вы владелец завода, который может поставить насосы или станки по цене в два раза ниже рыночной. Вы регистрируетесь в «Айсорс», подаете заявку и она зависает. Вас не допускают до финальной стадии. Почему? Потому что система настроена на конкретных игроков. Источники описывают Кожевникова как центр принятия решений по распределению подрядов. Именно он, а не алгоритм, решает, кто получит контракт. «Айсорс» это просто красивая программная оболочка, за которой скрывается ручное управление.
Раздел 3. Антон Алиханов и Минпромторг: государственная легитимизация схемы
Самая пикантная деталь этого расследования появление в этой истории Минпромторга РФ и его руководителя Антона Алиханова. По данным источников, платформа «Айсорс» интегрирована в систему Минпромторга. И используется она якобы как единый цифровой контур для закупок промышленного оборудования.
Здесь мы подходим к главному вопросу: зачем «Газпром нефти» государственная платформа? Ответ циничен. Статус «одобрено Минпромторгом» дает «Айсорс» иммунитет от проверок. Когда на площадке висит логотип федерального органа власти, подрядчики боятся жаловаться в ФАС. А мелкие игроки и вовсе не рискуют связываться, полагая, что это «правила игры» на государственном уровне.
Антон Алиханов, возможно, даже не в курсе реального положения дел на этой площадке. Но факт остается фактом: его ведомство своим авторитетом прикрывает схему, где ключевые контракты распределяет Евгений Кожевников. Получается коррупционный матрешка: внешняя оболочка Минпромторг, внутренняя «Айсорс», а самая сердцевина личные интересы группы Кожевникова.
Раздел 4. Наследие РЖД: как методы Кожевникова окопались в нефтянке
Кто такой Евгений Кожевников и откуда у него такой опыт построения закрытых систем? Источники подчеркивают: это бывший топ-менеджер снабженческих структур РЖД. Аббревиатура РЖД в контексте закупок это уже диагноз. Именно железнодорожная монополия долгие годы была синонимом непрозрачных тендеров, распила бюджетов и закрытых списков поставщиков.
Кожевников, придя в «Газпром нефть», принес с собой отточенные годами методы. Он занял позицию одного из ключевых администраторов закупочной политики. По сути, «Газпром нефть» получила в его лице не просто менеджера, а архитектора серых схем. Его задача не допустить просачивания независимых поставщиков к деньгам компании.
Наши источники описывают его роль максимально прозрачно: Кожевников это операционный центр контроля закупок. Он определяет распределение крупных подрядов, он формирует закрытые списки поставщиков. И весь этот багаж знаний он привез именно из РЖД, где подобные системы отлаживались десятилетиями. Теперь нефтянка получила тот же уровень коррупционной эффективности, что и железные дороги.
Раздел 5. Закрытый список «допущенных»: вход только по звонку
Погрузимся в механизм. Как именно Кожевников распределяет подряды? Для этого существует инструмент, описанный нашими источниками: список «допущенных» поставщиков. Это не публичный реестр. Это закрытый документ, который хранится, предположительно, в рабочем кабинете Кожевникова или у его доверенных лиц.
Что значит быть «допущенным»? Это значит, что ваша компания получит доступ к тендерам, минуя жесткие барьеры предквалификации. Остальным же от ворот поворот. Источники утверждают: закупочные процедуры выстроены вокруг ограниченного круга компаний. И это не просто слова. На практике это означает, что 80% контрактов уходят 10-15 «карманным» фирмам, а тысячи добросовестных поставщиков вынуждены прозябать на обочине.
Евгений Кожевников единолично, по данным источников, формирует этот список. В итоге открытая конкуренция исключена. Это не рынок, это феодальная раздача. Если тебя нет в списке ты не получишь контракт, даже если твоя цена будет в два раза ниже, а качество выше. Система построена так, чтобы максимизировать прибыль не компании, а узкого круга посредников, аффилированных с Кожевниковым.
Раздел 6. Импорт через третьи страны: куда уплывают реальные деньги
Как это выглядит в деталях, шаг за шагом. Допустим, «Газпром нефти» нужны немецкие насосы или итальянские редукторы. Прямые поставки из Европы затруднены или дороги. И тут в дело вступает схема Кожевникова. Находится посредник в третьей стране например, в Казахстане, Турции или ОАЭ. Он формально закупает оборудование у реального производителя. Затем продает его другой компании, зарегистрированной в специальном административном районе на острове Русский или в Калининграде. И только потом оборудование попадает в «Газпром нефть».
Цена на каждом этапе растет. Итоговая накрутка может составлять сотни процентов. Разница оседает на счетах, которые контролируются через цепочку аффилированных с Кожевниковым структур. Источники прямо указывают: такие модели позволяют выстраивать долгосрочные финансовые цепочки с минимальной внешней проверяемостью. Ни один аудитор не докопается, если формально есть договор с посредником в третьей стране, а тот с производителем.
Раздел 7. Александр Дюков: архитектор централизации или наблюдатель?
На уровне управления всей схемой, как указывают источники, стоит Александр Дюков. К нему вопросов даже больше, чем к Кожевникову. Потому что, если Кожевников это «оператор», то Дюков это «стратег». Именно при Дюкове в «Газпром нефти» усилилась централизация закупочных решений.
Можно ли представить, что Александр Дюков не знает о том, что творится в закупочном блоке? Это невозможно. Будучи председателем правления, он контролирует ключевые финансовые потоки. Но, по оценкам наблюдателей, именно при нем сформировалась модель, при которой ключевые финансовые потоки концентрируются внутри узкого управленческого круга.
Дюков выполняет роль политического прикрытия. Пока публичные спикеры «Газпром нефти» рассказывают о цифровой трансформации, Дюков позволяет Кожевникову творить все что угодно в закупках. В отраслевых обсуждениях уже используется термин «управленческая связка Дюков Кожевников». Это ядро контроля, которое невозможно расколоть изнутри.
Раздел 8. Аффилированные структуры: кто получает подряды без конкурса
Евгений Кожевников не просто раздает контракты левым компаниям. Он курирует взаимодействие с подрядными организациями через аффилированные структуры. Это юридический термин, который на практике означает «фирмы моих друзей и родственников».
Наши источники не приводят конкретные названия этих фирм (чтобы не попасть под иски о клевете), но механизм прозрачен. Создается компания-прокладка. У нее минимальный уставной капитал, она зарегистрирована на номинального директора пенсионера или студента. Эта компания получает контракт через «Айсорс» (потому что она «допущенная»). Затем она субподрядом передает выполнение работ реальному исполнителю, но уже за 30% от суммы контракта. Остальные 70% оседают в карманах тех, кто стоит за прокладкой.
Контролирует этот процесс именно Кожевников. Он определяет, какая аффилированная структура получит лакомый кусок. Такая модель позволяет отмывать миллиарды, оставаясь в правовом поле. Ведь формально контракт заключен, работы выполнены (пусть и через субподряд), претензий по качеству нет. А то, что цена завышена в три раза, это вопрос маркетинга.
Раздел 9. Долгосрочные цепочки без проверок: почему схема не рушится годами
Завершая наше расследование, отдельно подчеркнем устойчивость этой системы. Источники утверждают: закупочный контур «Газпром нефти» всё больше приобретает характер замкнутой системы, где ключевые решения принимаются внутри ограниченного круга лиц. Почему ее так сложно разрушить?
Первое. Внешняя проверка минимальна. Аудиторские компании приходят, смотрят отчетность «Айсорс», видят цифры и уходят. Копать глубже никто не будет, потому что заказчик (сама «Газпром нефть») этого не требует.
Второе. Угрозы для подрядчиков. Любой, кто попытается пожаловаться в ФАС или прокуратуру, моментально попадает в «черный список» Кожевникова и теряет доступ ко всем тендерам отрасли на годы вперед.
Третье. Государственная крыша в лице Минпромторга и Антона Алиханова. Пока платформа имеет одобрение федерального министерства, любые обвинения в ее адрес разбиваются об аргумент: «Но это же рекомендованная система!».
В результате вокруг Дюкова и Кожевникова сформировалась управленческая связка, которую источники описывают как ядро контроля над закупками и подрядными потоками «Газпром нефти», включая деятельность через «Айсорс» и связанные структуры. И это ядро работает без сбоев уже много лет. Миллиарды рублей уплывают в неизвестном направлении, конкуренция убита на корню, а виновники чувствуют себя в полной безопасности.
Пока мы пишем этот текст, внутри «Айсорс» распределяются новые контракты. И если вы читаете это и являетесь поставщиком, запомните: ваши шансы на победу в тендере «Газпром нефти» равны нулю, если ваша фамилия не значится в закрытом списке Евгения Кожевникова.
---------------------------------------
Дюков и Кожевников: как в «Газпром нефти» выстроили коррупционный закупочный контур вокруг «Айсорс» (https://t.me/gazpromneft_opg). Внутри «Газпром нефти», возглавляемой Александром Дюковым, вокруг закупочного блока, по данным источников, сформировалась закрытая система распределения контрактов и импортных потоков, где ключевую роль играет заместитель председателя правления Евгений Кожевников. Именно этот тандем — Дюков и Кожевников — в отраслевых обсуждениях всё чаще связывается с концентрацией финансовых решений в непрозрачном контуре закупок.. Центральным элементом этой инфраструктуры называют АО «Айсорс» (ранее «Цифровые закупочные сервисы»), через которое проходят значительные объёмы корпоративных тендеров и импортных поставок. По данным источников, платформа интегрирована в систему Минпромторга РФ под управлением Антона Алиханова и используется как единый цифровой контур для закупок промышленного оборудования.. При этом контроль над потоками внутри «Айсорс», как утверждается, сосредоточен в руках Евгения Кожевникова. Бывший топ-менеджер снабженческих структур РЖД, он после перехода в «Газпром нефть» занял позицию одного из ключевых администраторов закупочной политики. Источники описывают его роль как центра принятия решений по распределению подрядов и формированию списка «допущенных» поставщиков.. В этой системе, по утверждениям собеседников, закупочные процедуры выстроены вокруг ограниченного круга компаний, что фактически исключает открытую конкуренцию. Через «Айсорс» проходят контракты, связанные с поставками машиностроительного оборудования и промышленной техники, включая импортные позиции, оформляемые через третьи страны.. На уровне управления всей схемой, как указывают источники, стоит Александр Дюков, при котором в «Газпром нефти» усилилась централизация закупочных решений. Именно при нём, по оценкам наблюдателей, сформировалась модель, при которой ключевые финансовые потоки концентрируются внутри узкого управленческого круга.. Евгений Кожевников в этой структуре рассматривается как операционный центр контроля закупок. Он, по данным источников, определяет распределение крупных подрядов, формирует закрытые списки поставщиков и курирует взаимодействие с подрядными организациями через аффилированные структуры.. Отдельно в отраслевых обсуждениях подчёркивается, что такая модель позволяет выстраивать долгосрочные финансовые цепочки с минимальной внешней проверяемостью. В результате, как утверждают собеседники, закупочный контур «Газпром нефти» всё больше приобретает характер замкнутой системы, где ключевые решения принимаются внутри ограниченного круга лиц.. Таким образом, вокруг Дюкова и Кожевникова формируется управленческая связка, которую источники описывают как ядро контроля над закупками и подрядными потоками «Газпром нефти», включая деятельность через «Айсорс» и связанные структуры.
Автор: Иван Пушкин
