Судьба исторического киота чудотворной Якобштадтской иконы и связанных с ним ценностей до сих пор окутана тайной. Важным элементом убранства Свято-Духовского храма был образ Спасителя, некогда размещённый в парадном киоте на одном из центральных пилонов нефа, — икона, известная сегодня под наименованием «Царь Славы».
Как пишет исследователь Сергей Черемисин, именно в истории этого образа сходятся несколько независимых линий доказательств: документальных, архитектурных и визуально-технических.
Икона Спасителя «в ризе апплике» в документах Братства
В отчётах Прибалтийского православного братства (ППБ) за 1888 год среди пожертвований для Свято-Духовского храма указаны два особо значимых предмета (без упоминания имён дарителей):
— «икона Спасителя — в ризе апплике»;
— «икона Скорбящей Божией Матери — в ризе апплике».
Важно понимать, что формулировки в отчётах того времени носят не иконографический, а учётно-хозяйственный характер. В них фиксируется, кто изображён (Спаситель, Богоматерь) и как оформлен образ (металлическая риза), но не всегда уточняется конкретный иконографический тип.
Между тем «Царь Славы» является одним из канонических иконографических типов изображения Спасителя. Следовательно, в документах ППБ такой образ закономерно мог проходить именно под общим наименованием «икона Спасителя».
Таким образом, уже на уровне опубликованных письменных источников фиксируется существование в храме внеиконостасного парадного образа Спасителя в металлическом окладе. При этом характер и богатство его убранства резко отличались от других элементов оформления интерьера, что позволяет говорить об исключительном статусе данного дара в системе храмового благолепия.
Внеиконостасные образы как часть интерьерной композиции
Отчёты Прибалтийского православного братства за 1888 год подтверждают, что интерьер Свято-Духовского храма включал в себя не только иконостасные иконы, но и значительное число крупных образов, размещённых в арках, в подкупольной зоне и на пилонах нефа.
Это означает, что в храме существовала особая группа парадных внеиконостасных икон, изначально включённых в архитектурно-художественную композицию интерьера и не предназначенных для размещения в иконостасе.
К числу наиболее ценных внеиконостасных образов относились: чудотворная Якобштадтская икона Божией Матери, икона Спасителя «Царь Славы», икона Божией Матери «Всех скорбящих Радость», иконы святого князя Михаила Черниговского и святой царицы Александры, образ «Знамение» — дар фельдмаршала Шереметева, образ Спасителя — дар императрицы для деревянного храма 1884 года, а также иконы в серебряных ризах, пожертвованные митрополитом Киевским Платоном. Позже, в 1890 году, к ним присоединилась древняя чудотворная икона святителя Николая.
Согласно сохранившимся описаниям и фотоматериалам, икона Спасителя «Царь Славы» относилась именно к этой категории и была установлена в специально изготовленном киоте на одном из пилонов нефа как композиционный акцент центрального пространства храма.
Современный вид киота с иконой «Сретение»
В настоящее время на одном из пилонов нефа Свято-Духовского храма установлен киот с иконой, которая по своему художественному стилю и конструктивным параметрам не соответствует первоначальному убранству.
Известно, что иконы для Свято-Духовской церкви писались в Санкт-Петербурге и были выдержаны в единой стилистике конца XIX века. Нынешний образ «Сретение», помещённый в киот, по ряду признаков относится к более раннему времени и по стилю ближе к иконописи XVIII века, традиционно связываемой с витебской школой.
Кроме того, при визуальном осмотре заметно, что икона была искусственно подогнана под размеры киота: по нижнему краю и по бокам видны участки наращённой доски, а дуга верхней части иконы не совпадает с изгибом внутреннего проёма киота. Это прямо указывает на то, что данный образ изначально не предназначался для этой конструкции.
Таким образом, можно с высокой степенью вероятности утверждать, что икона «Сретение» является поздней заменой и не относится к первоначальному ансамблю храмового убранства конца XIX века.
Киот и икона «Царь Славы» из Борисо-Глебского собора г. Даугавпилса.
Геометрическое соответствие и первоначальное назначение образа
 |
При сравнении радиуса дуги, пропорций и габаритов иконы, переданной в мае 2021 года митрополитом Александром (Кудряшовым) в Борисо-Глебский собор г. Даугавпилса, с внутренними размерами киота Свято-Духовского храма выявляется их точное совпадение.
Такая геометрическая точность практически исключает случайность и указывает на то, что образ был изначально спроектирован именно для данного киота и являлся частью первоначального интерьерного решения храма.
Иными словами, речь идёт не о случайно принесённой иконе, а о специально изготовленном парадном образе, включённом в архитектурно-художественную композицию храма ещё на этапе его строительства.
Надпись, выявленная методами цифровой обработки изображения
На лицевой стороне иконы, на поверхности металлической ризы, присутствуют слабозаметные рельефные насечки, которые не различимы невооружённым глазом при обычном визуальном осмотре.
Однако при применении методов компьютерной обработки изображения — усиления контраста, фильтрации рельефа, анализа градиентов (в том числе алгоритмов, аналогичных фильтру Собеля), а также при просмотре снимков под различными углами освещения — проявляется структура, обладающая признаками осмысленной надписи.
Реконструируемое чтение выглядит так: «от Е. В. царя Алех. 1887 г.», то есть: «от Его Величества царя Александра, 1887 год».
.jpg) |
Важно подчеркнуть: речь идёт не о сенсационном допущении, а о технически воспроизводимом визуальном анализе, доступном при использовании стандартных средств цифровой обработки. Регулярность линий, межбуквенные интервалы и сходство элементов с формами кириллических букв позволяют говорить о высокой вероятности осмысленной надписи, а не случайных царапин или следов износа.
Исторический контекст датировки
Следует отметить, что в 1887 году в церковной жизни на территории современной Латвии не зафиксировано событий общеимперского значения, которые могли бы объяснить появление частного императорского дара такого уровня вне связи с конкретным строительством или освящением храма.
В то же время именно 1887 год связан с завершением строительства и освящением Свято-Духовского храма в Якобштадте, осуществлённого при активном участии Прибалтийского православного братства и под покровительством высочайших особ.
В этом контексте датировка, читаемая на ризе иконы, логично соотносится именно со Свято-Духовским храмом, для которого был изготовлен киот и вся группа парадных внеиконостасных образов.
Императорские дары и отсутствие публичной атрибуции
Как уже отмечалось в предыдущих частях расследования, участие императорской четы в судьбе Свято-Духовского храма документально подтверждено: известен первоначальный вклад императора в строительство церкви, сохранились телеграммы Александра III и Марии Фёдоровны по случаю его освящения, а также зафиксирован факт принятия императорской семьёй даров от Братства — копии Якобштадтской иконы Божией Матери и альбома с видами Якобштадтского подворья.
Существуют серьёзные основания предполагать, что и икона Божией Матери «Всех скорбящих Радость», находившаяся в одном из парадных киотов храма, также была даром императрицы Марии Фёдоровны.
В этом контексте предположение о дарении храму и других парадных внеиконостасных икон не выглядит чем-то исключительным. Напротив, оно логично вписывается в традицию многочисленных не афишируемых вкладов царской семьи в храмы и монастыри.
Примечательно, что подобные дары не сопровождались публичной атрибуцией. Император и императрица не нуждались в дополнительном подтверждении своего авторитета — их участие в судьбе храмов носило характер личного благочестия, а не демонстративного жеста.
Почему эта икона принципиально важна сегодня
Если приведённая совокупность фактов верна, то икона «Царь Славы» является:
— частью первоначального интерьерного замысла Свято-Духовского храма;
— документированным в отчётах ППБ образом, проходящим как «икона Спасителя в ризе апплике»;
— вероятным даром императора Александра III;
— неотъемлемым элементом сакрального комплекса, связанного с чудотворной Якобштадтской иконой Божией Матери.
Это означает, что её отсутствие в церковном и историческом обращении в период с 1915 по 2021 год — не частный эпизод, а утрата элемента национального наследия, имеющего значение для культурной истории государства.
В этом контексте неизбежно возникает вопрос: каким образом Свято-Духовская икона «Царь Славы» в мае 2021 года оказалась в Борисо-Глебском соборе города Даугавпилса, если ранее на протяжении десятилетий она не фигурировала ни в музейных, ни в церковных описях и не появлялась в публичном пространстве?
 |
15 мая 2021 года, в день празднования перенесения мощей свв. благоверных князей и страстотерпцев Бориса и Глеба, в Даугавпилсском кафедральном Борисо-Глебском соборе Божественную литургию совершил Предстоятель Латвийской Православной Церкви Высокопреосвященнейший Александр, Митрополит Рижский и всея Латвии. Во время этого богослужения владыка преподнёс собору икону «Царь Славы».
С учётом изложенных обстоятельств логично предположить, что до передачи в собор икона могла находиться в подвале-тайнике Свято-Духовского храма, о существовании которого стало известно после публичных заявлений хранителя Сергея Черемисина. Информация о тайнике нашла отражение и в официальном письме архиепископа Даугавпилсского и Резекненского Александра Матренина.
Появление иконы в церковном обращении вскоре после этого позволяет предположить, что её извлечение из тайника могло произойти уже после того, как информация о его существовании стала известна церковным властям.
Рекомендуем на данную тему:
Тайна Якобштадтской святыни и сокрытие улик
Сакральный узел Екабпилса. Почему тайник Свято-Духова храма — достояние народа, а не частных лиц
Сакральный узел Екабпилса. Об убранстве Свято-Духовой церкви и судьбе киота чудотворной иконы
О тайнике, совести и простой правде
